December 10th, 2010

Однажды во Франции: Канны

Эпизод 10, последний

Спектакль в Каннах – два спектакля – смотрелись в плане как красивое завершение гастролей. Гигантская сцена, много света, толпа технического персонала, но даже это иногда бывает второстепенным. Ведь прежде всего… Приятно будет всем говорить, что наш балет выступал в том самом зале, где проходит Каннский кинофестиваль!



Зал оказался тот самый. (Экран почти сразу утянули вверх.) Полностью это здание называется Palais des Festivals et des Congrès. Выглядит оно внушительно...

В первый день мы даже видели знаменитую красную ковровую дорожку, но уже к вечеру её стали сворачивать...



Внутри есть две сцены – Scène Debussy, поменьше, и большая сцена Grand Auditorium, где и проходил наш спектакль. Благодаря этому можно было проводить урок на сцене Дебюсси, а на большой сцене – направлять свет, но света было очень много, а сцены в двух залах совершенно разные, пробовать надо нужное покрытие, и времени на всё равно не хватило...

От главного по сцене, господина Филиппа Окто, я впервые услышала комплимент в адрес русских техников. На большой сцене сбоку, прямо на полу, подписаны номера штанкетов, и к нашему приходу товарищи из Palais подготовились – наклеили полоски белого скотча напротив каждого номера и написали на них, что планируется туда повесить. Поскольку они, конечно же, использовали схематический план-образец, который есть на плане света и сделан совсем для другого театра, наши быстро всё перераспределили и переклеили. На это Филипп и сказал, что впервые на его памяти русские работают так быстро. У них периодически проходит какой-то фестиваль русского балета, и поэтому некоторый опыт работы с русскими есть. «Обычно русские приходят, говорят, что план неправильный, час размышляют и потом ещё два часа всё переделывают!» – сказал Филипп.



Особую остроту всему спектаклю придавало то, что в Канны приехала Наталья Макарова – автор хореографической редакции «Лебединого», которая в нашем театре сейчас и существует, и, конечно, всем хотелось показать спектакль в достойном виде. После спектакля Макарова общалась с труппой на сцене, – не знаю, о чём, поскольку к тому моменту я уже слабо воспринимала действительность, – но говорят, что выступление она оценила, так что сердце моё спокойно. Да и аплодисменты двух тысяч человек дорогого стоят! В отличие от тихой публики в Безье, здесь люди умеют сочно аплодировать. Даже когда сидишь за кулисой в свете зелёной лампочки, ждёшь очередной перемены и вдруг слышишь после какого-нибудь адажио или вариации такой радостный грохот, очень приятно. Ещё больше меня поразило, что эти люди умудрялись хлопать даже тогда, когда танцовщик просто проходил по сцене, дабы встать в угол и начать вариацию. Истинные ценители!

Весь второй день шёл дождь. (Почему-то многие города здесь плачут, когда мы уезжаем.) После спектакля импресарио устроили для труппы ужин в ресторане – после целого дня голодом это было совсем неплохо...

В последнее утро этих гастролей, поспав часа четыре, мы двинулись в аэропорт в Ниццу, где проводили балет в Голландию.

Гастроли в Каннах во всех подробностях - http://vvcaptain.livejournal.com/200059.html#cutid1